В середине декабря 2011 года, ровно годом спустя после очередных (последних – по времени) президентских выборов и примерно полугодием спустя после начала неконтролируемого роста цен (теперь снова поставленного под контроль, но надолго ли?) “БелГазета” (№50 (824) от 19.12.2011) опубликовала сердитое письмо своего читателя пенсионера Казимира Романовского, начинающееся так: “Зашел 8 декабря в магазин «Юбилейный-92» – и чуть не остановилось сердце, когда увидел говяжью вырезку Слонимского мясокомбината по цене Br152350 за 1 кг…”
Далее пенсионер пишет:
Девальвация белорусского рубля на 30%, проведенная в 2009г., не дала сельскому хозяйству ничего хорошего, а лишь усугубила его и без того незавидное финансовое положение. Если рентабельность реализованной сельхозпродукции по отрасли за 2008г. составляла 5,5%, то за 2009г. она снизилась до -0,5%. Почти на Br5 трлн. выросли долги, хотя в сельское хозяйство дополнительно было направлено почти Br5 трлн. бюджетных средств.
Девальвация 2011г. ничего положительного для сельского хозяйства не даст по причине того, что в структуре себестоимости сельхозпродукции огромный удельный вес занимает импорт. Притом преобладающие затраты импортной составляющей приходятся на птицеводство и свиноводство, а доходы от экспорта – в основном на молоко…
Рассмотрим, как теперь формируется себестоимость десятка яиц, – птицеводы первыми ощутили прелесть девальвации. На одной из ведущих птицефабрик затраты на десяток яиц в октябре оценивались в Br3700. На его производство расходуется 1,33 кг кормовых единиц стоимостью Br2700. В кормах содержится лишь 0,9 кг собственного зерна стоимостью Br500, а все остальное – стоимость покупных составляющих комбикормов (шроты, белковые добавки, витамины, минеральные добавки). На производство десятка яиц тратится только Br50 зарплаты с начислениями. Все остальные составляющие себестоимости – топливо, электроэнергия, ветеринарные препараты, запасные части к оборудованию и др. – в подавляющем большинстве импортные. Да и стоимость зерна на 70% сформирована за счет импорта.
Среднегодовая цена реализации 1 тыс. яиц птицефабриками в 2010г. составляла Br2,25 тыс., в магазинах десяток яиц стоил чуть более Br3 тыс. Сегодня розничная цена яиц флагманов белорусского птицеводства – 1-й Минской и Солигорской птицефабрик – в магазинах поднялась до Br12,7 тыс. Если себестоимость десятка яиц обходится в Br3700, то не понятно, почему такая цена в магазине. Правда, здесь нужно еще посмотреть на такие маркетинговые штучки, как «желтые», «молодецкие» и «знатные» яйца. Хотелось бы в связи с этим увидеть анализ Минздрава: есть ли в этих яйцах селен и как эти яйца с селеном подняли некоторые составляющие здоровья граждан и деторождаемость в стране?
Безусловно, девальвация потребовала корректировки закупочных цен на сельхозпродукцию. Постановлениями N23 от 30 марта и N58 от 19 сентября Минсельхозпродом рекомендовано повысить предельные цены сначала на 10%, а затем на молоко на 55%, на свинину – на 62%, на крупный рогатый скот – на 67%. Расчеты Минсельхозпрода были обоснованными. Молоко сорта экстра рекомендовалось продавать по Br1,88 млн. за тонну, высший сорт – по Br1,62 млн., первый сорт – по Br1,495 млн., свинину – от Br4,5 до 9,5 млн. за тонну живого веса, говядину – от Br2,8 до 3,3 млн. в зависимости от упитанности животных. Цены на птицу и яйцо до того официально не регулировались.
Представляете, в момент, когда за ценами и защитой собственного населения нужно особенно следить, наши реформаторы пустили их в свободное плавание? В условиях такой девальвации и гиперинфляции так не делают в странах даже с самой рыночной экономикой. Мне кажется, что впоследствии рекомендации Минсельхозпрода по предельному уровню цен были просто проигнорированы всеми облисполкомами.
Каково? Предельные цены – рекомендуются, но практически не контролируются, “свободно плавают”, так сказать. В связи с чем местное руководство “с прибором”, что говорится, “кладёт” на республиканское правительство, и делает то, что само считает экономически оправданным. Как увидим ниже – пытается поправить дела собственных (подчинённых) производителей, пусть и за счёт населения.
[В итоге] в начале декабря Минский мясокомбинат принимал свиней 1-й категории по Br13,8 млн., второй категории – по Br13,4 млн., коров высшей упитанности – по Br12,8 млн., средней упитанности – по Br10,1 млн., молодняк крупного рогатого скота (КРС) свыше 400 кг – по Br17 млн. По сравнению с 2010г. закупочные цены на КРС увеличились в 3,2 раза, на свиней – в 2,8 раза. Как выяснилось, закупочные цены на молоко в декабре достигли цен на крупный рогатый скот – Br2,8-3 млн. за тонну, т.е. увеличились в 3,5 раза по сравнению с 2010г. По логике, на процент повышения закупочных цен должны вырасти цены на готовую продукцию. Вот розничные цены и взлетели в 2-3 раза.
Как экономист, проработавший в сельском хозяйстве с небольшими перерывами 50 лет, я понимаю власти, которые [те] видят момент, когда можно поправить финансовые дела сельхозорганизаций. В результате девальвации рубля выросли экспортные цены в рублях, хотя экспортные цены в валюте практически не увеличились, а по отдельным продуктам даже уменьшились.
По-хорошему, дополнительные доходы от экспорта (возможно, не все) необходимо было направить на перекрестное субсидирование цен на внутреннем рынке, защиту собственного потребителя. Ведь многие годы экспорт животноводческой продукции субсидировался за счет бюджета и внутренних цен. Но наши запоздавшие реформаторы не продумали, как защитить собственного производителя. Сделать это совсем не просто – у нас открыты границы с Россией, где цены на продовольствие несколько выше, а качество белорусской молочной продукции существенно лучше российской. В этом случае необходимо защищать свой рынок от неорганизованного экспорта. В результате реформаторы пошли по линии наименьшего сопротивления – решили выравнивать цены с российскими. В итоге: граждане получают зарплату в белорусских рублях значительно ниже российской, а розничные цены на продовольствие – на уровне российских и выше, чем мировые.
Чтобы не быть голословным, приведу средние цены импорта продовольствия в Россию в октябре 2011г.: говядина – $3748, свинина – $1604, птица – $1168,7 за тонну. На основном рынке российского экспорта молочной продукции – Океании – в октябре цена 1 т масла 82,5% жирности составляла $3800, сухого обезжиренного молока – $3400, сыров – $3938. Но Россия защищает своего производителя введением заградительных пошлин. Из-за того что между Беларусью и Россией нет таможенных пошлин, мы продаем свою продукцию по ценам выше мировых и очень гордимся этим. Например, масло продаем по $5800, сухое обезжиренное молоко – $3900, сыры – $5200. А что будет, когда через полгода Россия станет полнокровным членом ВТО и пошлины будут отменены? Как будем конкурировать с основными импортерами молока и мяса, имея худшие условия производства и продуктивность в два раза ниже?
Мне также непонятно, как формируются на розничном рынке цены на рыбу, которые и без того были заоблачными до девальвации. Зайдя на сайт Комитета по рыболовству России, выяснил, что индикативные цены в IV квартале на горбушу составляют $1,5-1,8, на минтай – $1,1-1,4, треску - $1,4, сельдь – $0,7-0,8 за кило. Оптовая организация в Москве продает минтай без голов по RUR45, сельдь – RUR38,5, треску (филе) – RUR68, хек (филе) – RUR73 с НДС. Почему же у нас рыба и в магазинах, и на рынке продается по Br40-50 тыс., т.е. по $5 и более за 1 кг? Как и за счет чего так нарастает цена, мне неизвестно. Некоторым органам следовало бы разобраться и поведать об этом широкой общественности.
Теперь – сахар. Цена на него установлена в размере Br7 тыс. за 1 кг. Себестоимость 1 кг сахарной свеклы – Br200. На 1 кг сахара расходуется 8 кг свеклы. Пусть стоимость сырья занимает 60%, тогда себестоимость 1 кг сахара составит Br2700. С учетом нормальной прибыли и НДС оптовая цена должна составить Br3,5 тыс. Почему сахар в магазинах по Br7 тыс.?
Удивительно, но факт. Розничная цена 1 л молока жирностью в 1,5% в «Тетрапаке» 12 декабря составляла Br6200. С учетом снятия жира с молока базисной жирности (3,2%) цена 1 л молока, даже если закупочная цена на него достигла Br3 тыс. за литр, не должна превышать Br2000. Это абсурд, когда стоимость упаковки и другие расходы в два раза превышают стоимость молока…
… Вот так имеем то, что имеем.
